![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Dec. 16th, 2016
Исследователи из Института Нильса Бора, Дания, при помощи радиотелескопов ALMA наблюдали ранние стадии формирования новой планетной системы звезды. Впервые ученые смогли рассмотреть, как мощный «вихрь» поднимается над вращающимся диском из газа и пыли, окружающим эту молодую звезду.
Молодая звезда формируется из сжимающегося газо-пылевого облака, поэтому после формирования оказывается окружена диском, из материала которого в дальнейшем могут сформироваться планеты. Для таких «новорожденных» звезд исследователи не раз наблюдали мощные «вихри», или выбросы, называемые джетами. Однако до настоящего времени никто не видел, каким образом происходит формирование этих ветров.
«При помощи телескопов ALMA мы наблюдали протозвезду, находящуюся на очень ранней стадии эволюции. Мы видим, как этот ветер, подобно торнадо, поднимает материю и газ над плоскостью вращающегося диска, из которого формируется планетная система», - сказал Пер Бьеркели (Per Bjerkeli), обладатель ученой степени PhD в области астрофизики и наук о планетах из Института Нильса Бора Копенгагенского университета, который является главным автором нового исследования.
В своей работе Бьеркели и его команда отмечают, что формирование «вихря» в системе протозвезды выражает тенденцию замедления вращения, в то время как при отсутствии такого ветра испытывающая гравитационное сжатие система звезды была бы вынуждена вращаться все быстрее и быстрее. Покидающий систему ветер забирает с собой часть энергии вращательного движения системы звезды, и такое уменьшение скорости вращения системы облегчает конденсацию находящегося в ней материала в планеты.
Исследование опубликовано в журнале Nature.
http://www.astronews.ru/cgi-bin/mng.cgi?page=news&news=9240
В новом исследовании, проведенной группой ученых из НАСА, приводится объяснение механизма, посредством которого пыль может переноситься на большие расстояния над поверхностью Луны или в кольцах Сатурна при отсутствии ветров или потоков воды.
История исследований космоса знает не один пример транспорта пыли в космосе на большие расстояния при отсутствии материальной среды, в которой могут возникать течения, увлекающие с собой пыль. Так, астронавты миссии «Аполлон» отмечали наличие загадочных полос высоко в небе Луны, космический аппарат «Вояджер» фиксировал время от времени тонкие как линии полоски над кольцами Сатурна, а в кратерах Эроса были обнаружены таинственные отложения мелких частиц пыли, «пылевые пруды». Ученые считают, что такого рода транспорт пыли осуществляется по электростатическому механизму, однако до настоящего времени не было проведено исследований в поддержку этой гипотезы.
В недавней научной работе Михали Хораний (Mihaly Horanyi) из Колорадского университета в Боулдере, США, с коллегами отмечают, что в результате проведения лабораторных экспериментов обнаружено «подпрыгивание» частиц пыли микронных размеров под действием УФ-излучения или в плазмах в высоту до нескольких сантиметров.
В новом исследовании группа ученых под руководством Ксю Вана (Xu Wang) предложила новую модель транспорта пыли под действием электростатических сил. Основная идея модели состоит в том, что появление больших по величине электрических зарядов и возникновение мощных сил отталкивания между частицами пыли связано с эмиссией и повторным поглощением фото-/вторичных электронов на стенках микрополостей, формирующихся между соседними частицами пыли.
Исследование опубликовано в журнале Geophysical Research Letters.
http://www.astronews.ru/cgi-bin/mng.cgi?page=news&news=9241
Статистический анализ спиральных мини-галактик открыл неожиданное взаимодействие между темной и нормальной материей. Согласно новому исследованию, в котором указывается на статистическую значимость данного отношения и невозможность объяснения его в рамках Стандартной модели, такие космические объекты могут служить «порталами» в новую физику, способную объяснить такие явления как темная материя и темная энергия.
Они напоминают нашу спиральную галактику, однако примерно в десять тысяч раз меньше её по размерам: спиральные мини-галактики, изученные научной командой под руководством Паоло Салуччи (Paolo Salucci), профессора Международной школы перспективных исследований (International School for Advanced Studies, SISSA), Италия, могут «открыть окно в новую физику, простирающуюся далеко за границы Стандартной модели и способную объяснить темную материю и темную энергию», как сказал Салуччи.
Согласно этому исследованию новому исследованию для наблюдаемых спиральных мини-галактик наблюдается зависимость между структурой обычной материи и темной материи. «Если для данной массы нормальная материя в галактике плотно упакована, то же самое можно сказать и о находящейся в ней темной материи. Если нормальная материя распределена по галактике равномерно, то за ней следует и темная материя», объясняет Салуччи.
Согласно авторам работы этот эффект не может быть объяснен в рамках Стандартной модели физики элементарных частиц, а достоверность его наличия подтверждается большим числом проявлений: в исследовании было изучено 36 галактик – число, вполне достаточное для статистического исследования.
Работа опубликована в журнале Monthly Notices of the Royal Astronomical Society.
http://www.astronews.ru/cgi-bin/mng.cgi?page=news&news=9242
![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif){kind=small}
nouglysv в 52 лучшие фотографии года по версии National Geographic
( Смотреть и читать далее )
Жизнь одного врага народа
Dec. 16th, 2016 03:36 pm
На дворе декабрь, кто знает, что ждет нас за углом? В ноябре 1948-го постановлением ЦК был распущен Еврейский антифашистский комитет, тех, кто в него входил, – арестовали. Статья «Об одной антипатриотической группе театральных критиков» появилась в «Правде» 28 января 1949-го, но еще в декабре 1948-го, когда до этого еще оставалось совсем немного времени, мой дед Николай Оттен наверняка не чувствовал близкой беды.
Дед был не стар, по уши влюблен и вполне успешен. Во время войны он работал завлитом Камерного театра, и в театральной критике у него было, может, и не самое громкое, но хорошее имя. В одном из издательств лежала его книга по истории кино, и уже был заключен договор. А еще ему дали комнату в коммуналке в проезде Художественного театра, бывшем Камергерском. И он не знал, что Сталину уже доложили о доносах баловавшихся драматургией писателей-лауреатов на осторожно поругивавших их опусы критиков. Те защищались, как могли, но силы были неравны.
Получив письмо-жалобу из Всесоюзного театрального общества, вождь подумал, и сказал:
– Типичная антипатриотическая атака на члена ЦК товарища Фадеева!
Фадеев возглавлял Союз писателей и был сталинским любимцем, так частное дело стало политическим. Новый внутренний враг был найден, и бюрократические шестеренки пришли в движение: над правдинской статьей работал весь сталинский литературный ареопаг – от Фадеева до Симонова и Софронова. Но правил ее сам Сталин, ему же принадлежала хрустальная в своем совершенстве формулировка: «безродные космополиты».
Человек живет себе да живет, строит планы, надеется на лучшее, а потом задует ветер истории, начнется антисемитская кампания, и он останется ни с чем – голым и голодным. В главные космополиты дед не попал, в «Правде» его даже не помянули – он шел довеском. Исключили из Союза писателей, договор на книгу расторгли, перестали печатать. Спасибо, что не посадили. С ним остались любимая женщина да фокстерьер: это было важно, породистый пес стал их спасителем. Фокстерьер кормил всю семью, пусть и скудно, но надежно: в те годы правительство ценило породистых собак, а у фокстерьера была отличная родословная, и ему полагалась бесплатная порция мяса. Теперь ее пришлось делить на троих, и всем, конечно, не хватало.
Перед бедой дед думал о пьесе. Он хотел стать известным драматургом, в его дневниках сохранились наброски сюжетов. Мог ли дед предполагать, что потеряв однажды всё, он получит Сталинскую премию? Лауреатом, впрочем, стал не он, а сталинский любимец, ярый гонитель космополитов Анатолий Суров – драматург, чей опус дед переписал от слова до слова еще до статьи в «Правде». Литературный генерал получил премиальные 50 тысяч и отчисления с постановок по стране, литературному «негру» досталась половина гонорара за мхатовский спектакль.
А Суров делал карьеру на разоблачении космополитов, а на тайном сотрудничестве с ними – литературный бизнес. Каков он был как человек? Моя мать вспоминала, как он, полупьяный, выступал в ГИТИСе: «Я с отвращением вхожу в это гнездо космополитизма. Я с отвращением лОжу руки на эту кафедру!»
Так или иначе, его первая пьеса «Далеко от Сталинграда» была неплоха и понравилась Сталину. Его, конечно, надо взять в кавычки: сперва он набился в соавторы к своему подчиненному, а потом обманом и угрозами отнял у него авторство. Дальше дело не шло, и борьба с космополитами оказалась для ловкого человека манной небесной: из профессии были выброшены образованные, одаренные, владеющие словом люди.
Выгнанный с работы, исключенный из партии Яков Варшавский написал для него «Рассвет над Москвой»: в 1951 году пьеса получила Сталинскую премию второй степени, из 50 тыс. космополиту досталось 5 тыс. Дедово детище было премировано в 1949 году, годом раньше пьеса вышла во МХАТе. Переписавший суровский опус дед нажал на все кнопки, которые должны были порадовать начальство, финальный монолог был особенно хорош.
– Непреложный закон наших людей, Петрович, больших и маленьких, – творчество! Вдохновенное творчество. Оно впитывается в поры обыденной жизни. Так наука сливается с практикой и, обновляясь, сама обновляет жизнь. Так стираются грани между трудом рабочего и трудом инженера. Это уже коммунизм! Да, да, коммунизм! Ибо коммунизм начинается там, где ум и воля человека парят на крыльях сокола! Хорошо! Очень хорошо! Друзья мои! Смело вперед, только вперед! «Зеленая улица» перед нами. Семафоры всех станций открыты!
На этих словах давали занавес.
В спектакле были заняты Марк Прудкин, Алла Тарасова, Борис Ливанов – великие артисты, которые вроде бы не могли плохо сыграть, но тут им это удалось. Моя мать на всю жизнь запомнила отчаянный и фальшивый рев Ливанова.
Это был провал, но постановщик Кедров, художник Волков и все занятые в спектакле артисты получили Сталинские премии первой степени. Сурову досталась новая порция славы, деду – кое-какие деньги и возможность продержаться до лучших времен. Ждать их пришлось недолго – в нашей стране ничто не навсегда. В марте 1949 года Сталин сказал: «Зачем насаждать антисемитизм?», и безумие на время приостановилось – ровно до тех пор, пока не начали раскручивать «дело врачей». Когда же всё это схлынуло, деда восстановили в Союзе писателей – он писал и переводил, в театральную критику так и не вернулся, но его новая жизнь была хороша.
Много раньше Анатолий Суров отправился в прижизненный ад – и в анекдоты. Об этом стоит сказать отдельно – ведь зло бывает наказано не часто. Держался Суров с преувеличенной важностью, как живой классик, им он себя и ощущал. Осознавать, что он плагиатор и вор, ему, наверное, было тяжело. Выход он находил в пьяных безобразиях. Как-то Суров пил с закадычным другом, автором романа «Белая береза», где хорошее боролось с отличным, Михаилом Бубенновым: говорили, что для погрома тому не хватает только хоругвей. Суров начал читать ему новую пьесу, а Бубеннов заснул. Суров обиделся. Начался скандал. Дальнейшее с некоторыми искажениями описано в ходившей по рукам эпиграмме Александра Твардовского и Эммануила Казакевича.
Суровый Суров не любил евреев,
Где только мог, их всюду обижал.
За что его не уважал Фадеев,
Который тоже их не обожал.
Но вышло так: сей главный из злодеев
Однажды в чем-то где-то не дожал,
М. Бубеннов, насилие содеяв,
За ним вдогонку с вилкой побежал.
Певец «Березы» в жопу драматургу,
Как будто иудею Эренбургу,
Фамильное вонзает серебро.
Но следуя традициям привычным,
Лишь как конфликт хорошего с отличным
Все это расценило партбюро.
Бубеннов, тем не менее, пострадал больше: избитый и испуганный, стоя у открытого окна, он звал на помощь прохожих. Его домашние вызвали «скорую». Сын драматурга посмотрел на врача и сказал, что не может допустить, чтобы к отцу прикасались еврейские руки. Тогда ждали депортаций и погромов, и еврей бы, скорее всего, стерпел – но врач оказался татарином, да еще и обидчивым. Он написал заявление, закрутилось дело, но партбюро спустило его на тормозах.
Суров, однако, не унимался. В кафе «Артистическое» он подобрался к режиссеру МХАТа Иосифу Раевскому, трижды орденоносцу и заведующему кафедрой ГИТИСа.
– Вы Раевский, а я русский, вы Раевский, а я русский…
Тот встал и ушел. А лауреат Сталинских премий отправился к столу, за которым сидел тяжелоатлет Григорий Новак – первый советский чемпион мира, серебряный призер Олимпиады в Хельсинки. В порядке борьбы с космополитизмом у него только что отобрали звание заслуженного мастера спорта и 50 тыс. рублей премиальных. Новак больно побил Анатолия Сурова. Тот кричал: «Не бей меня, я советский Островский!», а Новак отвечал:
– Пиши лучше!
Через некоторое время Суров подрался с собственным шофером, досталось и врачу «скорой помощи».
Гибель пришла в день выборов, когда Суров явился на избирательный участок пьяным, на глазах у всех перечеркнул бюллетень и послал опешивших членов избиркома. С таким же результатом средневековый монах мог бы публично испражниться в церкви: началось разбирательство, во время которого и выяснилось, что все свои пьесы Суров украл. О том, что происходило дальше, можно узнать со слов Юрия Нагибина, по горячим следам записавшего монолог члена писательского партбюро Павла Нилина.
– Вступайте, старик, в партию! Вы будете крепче чувствовать себя на ногах, чувствовать локоть товарищей. У нас умная и горячая организация. Вот мы исключили Толю Сурова. Я ему говорю: «Подлец ты, мать твою так, что же ты наделал? Выйди, покайся перед товарищами от всего сердца, а не читай по бумажке, подонок ты несчастный!» По-человечески ему сказал, а он вышел и стал по бумажке шпарить. Ну, мы его единогласно вышвырнули. Вступайте, старик, не пожалеете! Вот скоро Мишу Бубеннова будем отдавать под суд. Сибирячок, талант, но преступник. Скоро мы его исключим и под суд, настоящий, уголовный – туда ему и дорога. Вступайте, старик, в партию.
Партбилетом дело не ограничилось. Комиссия ССП признала Сурова лжеписателем, лишила авторства и возбудила ходатайство о лишении Сталинских премий. На дворе был 1954 год, Сталин умер, но хрущевской оттепелью еще и не пахло. Охотившиеся на космополитов настоящие, талантливые писатели – Николай Тихонов, Константин Симонов и другие – ничем не поплатились и в куда более вегетарианские времена, когда борьбы с космополитизмом уже стыдились.
Творящийся сейчас изоляционизм с «духовными скрепами», ряжеными казаками, шприцами с мочой и «мразями кончеными», адресованными начальством историкам – тень тени былого, слабое подражание, неумелая инсценировка по мотивам давно сошедшей со сцены пьесы. Во времена оные вслед за театральной критикой начали громить писателей, историков, архитекторов, биологов и физиков: без малого 500 человек сели в тюрьму, некоторые там и умерли, кое-кого расстреляли. Впереди было «дело врачей», когда массовые депортации могли стать реальностью. Время нынче и впрямь депрессивное, темное. И все же у нас ничего не случается навсегда, а если не вывозит кривая, то может пригодиться и такая дрянь, как Суров.
Через годы после этой истории дед построил большой дом в Тарусе. В нем постоянно бывали опальные писатели и диссиденты – от Бродского до Солженицына. Местное ГБ должно было благословлять деда: благодаря ему они в Тарусе чувствовали себя на передовой. Но скидок ему они не делали – старого, больного раком деда таскали в областное, калужское КГБ, и это только ускорило его конец. А я так и не сказал ему того, что хочу сказать сейчас: «Спасибо тебе за все, я очень тебя люблю».
Алексей Филиппов
http://www.jewish.ru/columnists/2016/12/news994336549.php
«Артист работает на сцене телом»
Dec. 16th, 2016 03:41 pm
Маша Шмаевич сыграла уже и Жанну Д ‘Арк, и Марию Стюарт, и Джульетту, а ее «Чайка» не сходит со сцены Театра Российской армии. В эксклюзивном интервью Jewish.ru она рассказала, почему работает на сцене прежде всего телом, откуда слышит гул Вселенной и как Израиль стал для нее наваждением, а также объяснила, что такое идеальный спектакль и как он может очистить зрителя.
Мне рассказывали, что вы очень хотели быть актрисой, с самого раннего детства. И немало сделали, чтобы ваша мечта осуществилась.
– Ну да, уже во втором классе я записала в дневнике, что, мол, буду актрисой во что бы то ни стало.
Многие девочки так пишут, но не все становятся.
– А я оказалась упорной.
Вы учились в Израиле?
– Причем мы туда только-только переехали из России, я совершенно не знала языка и всё же пошла поступать в театральный вуз. Ну, и случилось чудо: меня взяли. Ректор театрального института «Бейт Цви» почему-то поверил в меня, тогда еще семнадцатилетнюю, и взял. Хотя я честно предупредила, что и иврита не знаю, и в принципе ничего не умею – я была еще совсем ребенком.
Я так понимаю, начало было феерическим: вы добились всего, чего хотели, но потом всё шло уже не так гладко, ситуация всё время усложнялась?
– Так это дело обычное: в борьбе с обстоятельствами и происходит становление личности.
Актрисе, я думаю, нужно «бороться» с персонажем, с собственной техникой, а не с жизненными трудностями?
– Разумеется, это так. Но театр – сложное место, и от случайностей здесь зависит не только сиюминутный успех, но и судьба человека в целом. А у меня, знаете ли, характер совсем не пробивной: я могу еще постоять за дело, а вот за себя лично как-то не получается.
Ясно. Но вы же еще и режиссер: сейчас сами ставите спектакли. Для этого, наверно, нужны какие-то другие качества – более «тиранический» характер, нежели у вас? Актер – лицо подчиненное, режиссер – демиург?
– Да, я разделяю две этих ипостаси. Вот, скажем, у меня была своя концепция «Чайки», и я писала работу об этом, и много думала о ней, а когда репетировали, то подчинилась режиссерской концепции.
Я посмотрела – изумительно. Огромный контекст сыграли: не только судьбу одной женщины, но такие чеховские «сумерки», какую-то безнадежность русской жизни, невозможность существования.
– Это заслуга режиссер – это было его видение, и я счастлива, если получилось.
Такой вопрос, Маша, я его всем актрисам задаю. Дени Дидро в «Парадоксе об актере» написал, что актриса всегда более женщина, чем просто женщина, актер, наоборот, менее мужчина, чем обычный мужчина. Я так понимаю, женский мир обогащается за счет актерского искусства? Или актерство более соприродно именно женщине?
– Возможно. Роль, видимо, действительно расширяет твою вселенную.
Опишите, как это происходит? Что чувствуешь, берясь за роль?
– Тут имеет огромное значение чувственная сторона дела: чувствуешь ли ты этот персонаж или не чувствуешь. Бывает так, что и роль отличная, и ты вроде все верно делаешь, и зрители не жалуются, и даже критики довольны, но сама-то ты знаешь, что еле встроилась, еле влезла в это «пальто» – и оно долго на тебя не натягивалось.
Потом таки натянулось?
– С трудом и не до конца. Или так: натянулось, но чувствуешь себя в нем дискомфортно. Не твой фасончик… (смеется) Хотя на самом деле никто этого не замечает, все довольны. Но я-то сама знаю.
Вы не слишком требовательны к себе?
– Вот Маргариту Готье я знала, как делать, хотя только-только выпустилась из института. Бурдонский мне поверил – дал главную роль. И я смело ринулась в бой: наверно, у меня был какой-то потаенный ход, как это сделать. Словами, конечно, такое сложно объяснить.
В книге Феллини «Делать фильм», с виду легкой и наполовину состоящей из «баек», есть момент, в котором он описывает свою работу с актерами. И так вот, это ужас какой-то. Он был сверхтребовательным, как выяснилось. Только Мастроянни и Мазина, по его словам, лишь приблизились к его замыслу, а ведь они гениальны. Он там пишет о «гуле» – слышит ли человек гул Вселенной? Если слышит, то роль ему впору, как ваше «пальто».
– С гениями сложно, конечно.
Вы каких режиссеров предпочитаете: требовательных, въедливых или легких, радостных?
– Каким бы ни был человек – даже если очень сложным, – за ним можно последовать. Если ему есть что сказать.
Не побоялись бы барьера, который нужно взять, если, скажем, режиссер – гений?
– Нет, с радостью бы подчинилась и расширила бы свою амплитуду.
Вопрос на тему двойного существования. Писатель Аркадий Красильщиков уже в зрелом возрасте переехал в Израиль, как и многие наши еврейские интеллигенты. Недавно у него вышла прекрасная книга «Рассказы о русском Израиле» – о судьбах репатриантов.
– Первый приезд в Израиль для меня был огромным событием, поменявшим меня и развернувшим на 180 градусов. Как только я приехала, со мной начали происходить какие-то события, вроде внешне незначительные, но для меня полные смысла.
Было ли так называемое наваждение? «Ветхозаветное»?
– Не знаю, может, это слишком литературно. Но действительно что-то такое было… Чудо узнавания.
Вы играли на иврите?
– Ну да, постепенно освоила. Потом, конечно, язык улетучился.
Не хотели бы вернуться в Израиль?
– Там слишком мало театров, да и язык стала забывать, и акцент к тому же… В общем, есть проблемы.
Здесь тоже есть.
– Я почти полностью ушла в преподавание, и для меня это не менее важно, чем актерская игра. Преподаю сценическое движение и считаю этот предмет профилирующим, но, к сожалению, в сознании студентов он так и остается второстепенным.
Движение – первостепенно?
– А чем артист работает на сцене? Телом. Иначе это уже радиотеатр. Тело – наш основной инструмент, через него и сюжет доносится. Здесь многое внесли Мейерхольд, Вахтангов, Таиров, ну и, конечно, раньше тоже были такие школы.
Видели ли вы идеальный с этой точки зрения спектакль, где все бы было гармонично: пластика, слово, послание, режиссура?
– Видела я, конечно, много прекрасных спектаклей. Но идеальный? То есть такой, который поменял бы меня кардинально, встряхнул? Пожалуй, нет.
Такой банальный вопрос – с него, как правило, начинают интервью, а я закончу: кого бы вы хотели сыграть? Все мужчины – Гамлета, это понятно. А вы кого?
– Что-то, как ни странно, жизнеутверждающее. На фоне этого мира, раскалывающегося на части, этой энтропии и ненависти, повсеместного разрушения хочется дать надежду, очиститься самой и очистить зрителя.
Улыбка Кабирии? Очищение через страдание? Вы ведь так и сыграли Нину Заречную.
– Хотелось бы романтической роли. Именно романтизма не хватает в нашей жизни – и в искусстве тоже. Романтизм вышел из моды, я понимаю.
Ну, во времена постмодернизма…
– Тем не менее романтизм вечен, уверяю вас.
Диляра Тасбулатова
http://www.jewish.ru/culture/cinema/2016/12/news994336546.php
Доля шутки № 351
Dec. 16th, 2016 03:44 pm
Кто не бегает по проституткам, что такое концерт без евреев, переезжают ли куда-нибудь покойники, почему Хаим не поступит в Сорбонну и чем Фима голосует «за».
***
– Скажите, Рабинович, вы когда-нибудь прибегали к услугам проституток?
– Никогда не прибегал, всегда спокойно ходил.
***
Конферансье торжественно объявляет:
– Дорогие зрители! Начинаем эстрадный концерт! Сегодня перед вами выступят именитые певцы, знаменитые скрипачи, замечательные танцоры и лучшие юмористы.
Голос из зала:
– А можно сегодня без евреев?
– Можно. Концерт окончен.
***
– Фима, можно я опять поеду на юг одна?
– Конечно! Я обоими рогами за!
***
Встречаются Абрам и Мойша. Поздоровались, продолжая разговор, один у другого спрашивает:
– Как там твоя жена? – но вспомнив, что она месяц как умерла, быстро добавляет:
– Таки всё на том же кладбище?
***
Одесский дворик. Мама кричит сыну из окна:
– Луи, пора собираться в оперный театр!
Соседка:
– Белла Яковлевна, почему вы называете своего сына таким именем?
– Знаете, Циля Абрамовна, наш Лазарь скоро поедет учиться в Сорбонну. Вот я его и называю на французский манер. Пусть привыкает.
– Да уж, моему Хаиму в Сорбонне тогда делать нечего!
http://www.jewish.ru/humor/2016/12/news994336539.php
«Экипаж»: трижды первый
Dec. 16th, 2016 04:59 pmslavikap в «Экипаж»: трижды первый
В истории отечественного кино «Экипаж» Александра Митты навсегда останется «трижды первым». Это первая в СССР и России продюсерская картина, профинансированная не только государством, но и «Аэрофлотом»; первый советский фильм-катастрофа; и первый наш опыт съемок эротических сцен.
На их месте должен быть…
Не стареющий «Экипаж» должен был называться «Запас прочности», а снимать в нем планировали совсем другую команду. Вместо Георгия Жженова – Алексея Петренко, вместо Анатолия Васильева – Николая Караченцова, вместо Леонида Филатова – Олега Даля, а вместо Александры Яковлевой – Елену Проклову.
Мотивы отказа от роли Алексея Петренко для руководства фильма остались загадкой. Командира экипажа пришлось заменить первым – вместо присмотренного режиссером кандидата на главную роль утвердили Георгия Жженова. Этот выбор оказался удачным: артист со сложной судьбой не играл, а проживал жизнь своего персонажа, чем мог служить примером для молодых актеров.
На роль второго пилота после блестящей пробы утвердили Николая Караченцова. Но тогдашняя творческая востребованность сыграла с ним злую шутку. Николай предупредил директора, что сейчас нарасхват: и в «Ленкоме» много играет, и в Белоруссии снимается, и на ТВ занят, еще и концерты дает. На «Экипаж» актер готов был выделить только один-два дня в неделю. Это не устроило съемочную группу, и вместо утвержденного Караченцова решено было снимать не столь занятого Анатолия Васильева из Театра Советской Армии. Сколько женщин потом благодарило создателей ленты за такой выбор!
Следующей кандидаткой на замену стала Елена Проклова. Костюм стюардессы актрисе был очень к лицу, но сниматься в нем ей было суждено в другом фильме – «Мимино» Георгия Данелия. Поработать у Александра Митты артистке тоже помешала занятость в театре. Ее назначение на роль, по слухам, решил один телефонный звонок. И так же легко, как получила этот шанс, актриса от него отказалась. Руководство фильма она оповестила о своем решении, приехав… заключать договор на съемку. Ошарашенному директору Елена Проклова объяснила такой поступок внезапным изменением обстоятельств: коллега по МХАТу Ирина Мирошниченко неожиданно улетела в Южную Америку, и главреж Олег Ефремов заменил ее Прокловой. Свои и чужие спектакли – слишком большая нагрузка, чтобы еще и в кино сниматься, а то бы она, мол, с удовольствием… Съемки пришлось начинать без стюардессы.
А последним из экипажа выбыл Олег Даль. И эта потеря стоила кинопроизводству дороже всего. После двух недель съемок режиссер был поставлен перед фактом, что продолжать работу актер не может, и всё придется переснимать с другим артистом.
( Read more... )
( Read more... )
