
( Read more... )


Механизм, напоминающий боевого аватара из блокбастера «Тихоокеанский рубеж», представляет собой робота-экзоскелета высотой 4 метра и массой около 1,5 тонн. О тестировании METHOD-1 стало известно благодаря публикации в социальной сети Facebook видеоматериала от лица визуализатора-дизайнера Виталия Булгарова (Vitaly Bulgarov), принимавшего участие в создании облика для детища южнокорейских специалистов.


На данном этапе все операции METHOD-1 выполняются со страховочными тросами, которые удерживают машину от повреждений при падении в случае потери равновесия. Как будет реализован этот нюанс в финальной версии робота, учитывая его перемещение лишь на двух конечностях, сказать сложно.
Сама Korea Future Technology пока не разглашает сведения о технических особенностях модели METHOD-1, но, судя по опубликованным видеороликам, настроена весьма решительно.

Источники:


Команда исследователей из Университета Пердью, США, обнаружила, анализируя данные, полученные с лунного орбитального аппарата, свидетельства того, что на поверхности Луны могут находиться крупные лавовые трубки, в которых, возможно, смогут укрываться будущие лунные колонисты. В своей новой работе команда приводит анализ данных, полученных от сдвоенного космического аппарата НАСА Gravity Recovery and Interior Laboratory (GRAIL) и описывает факты, указывающие на наличие под поверхностью Луны лавовых трубок.
Предыдущие исследования, проведенные на Земле, показали, что лава, протекающая по поверхности способна формировать твердую оболочку, внутри которой продолжается течение потока лавы, и по мере иссякания внутреннего потока внутри этой оболочки формируется полый канал, или лавовая трубка. Примеры подобных явлений были обнаружены в Исландии и на Гавайях.
В новом исследовании команда ученых во главе с Дэвидом М. Блэром (David M. Blair) сообщает об обнаруженных ими неравномерностях в гравитационном поле близ поверхности Луны, составление подробной карты которого является основной целью миссии GRAIL, указывающих на дефицит материала в приповерхностном слое материи.
Этот дефицит может быть связан с расположением под поверхностью Луны лавовых трубок, кроме того наличие такого рода объектов подтверждается снимками местных обрушений стенок отдельных лавовых трубок, считают исследователи. По этим новым данным, полученным при помощи миссии GRAIL, авторы работы составили компьютерную модель, расчет которой продемонстрировал, что под поверхностью Луны, вероятно, находятся более широкие и прочные лавовые трубки, чем на Земле.
Исследование вышло в журнале Icarus.


Исследователи из Амстердамского университета, Нидерланды, опубликовали самый подробный на сегодняшний день анализ флуктуаций фонового гамма-излучения Вселенной. Используя наблюдательный материал, собранный при помощи инструмента Large Area Telescope космической обсерватории НАСА «Ферми», исследователи смогли обнаружить два различных типа источников, вносящих вклад в суммарное фоновое свечение Вселенной в самом высокоэнергетическом диапазоне электромагнитного спектра. Никаких следов, указывающих на присутствие частиц темной материи при этом обнаружено не было.
Самыми яркими точечными космическими источниками, излучающими в гамма-диапазоне, являются блазары, представляющие собой сверхмассивные черные дыры, расположенные в центрах далеких галактик. Кроме того, в меньших количествах гамма-лучи испускают нейтронные звезды определенного класса, называемые пульсарами, и гигантские звездные взрывы – сверхновые. Однако помимо этих различимых точечных источников зафиксировано фоновое гамма-излучение Вселенной, на долю которого приходится 75 процентов всего внегалактического гамма-излучения, принимаемого существующими детекторами. Источник этого так называемого изотропного излучения до сих пор не был точно установлен учеными. Основными источниками этого таинственного диффузного гамма-излучения могут являться блазары, слишком тусклые для обнаружения при помощи обсерватории «Ферми», или другие тусклые источники, считают некоторые исследователи. Другие исследователи предполагают, что вклад в формирование этого фона могут вносить частицы темной материи, гипотетически способные аннигилировать с высвобождением гамма-фотона.
В своей новой работе доктор Маттиа Форнаса (Mattia Fornasa) из Амстердамского университета и ее коллеги показывают, что фоновое гамма-излучение Вселенной объясняется источниками двух различных типов: высокоэнергетических (> 1 ГэВ) и низкоэнергетических (< 1 ГэВ) источников. К высокоэнергетическим источникам, вносящим вклад в это фоновое излучение, авторы статьи на основании результатов своего анализа с уверенностью относят тусклые блазары, однако с низкоэнергетическими источниками ситуация представляется более сложной, и высказать однозначную версию об их происхождении исследователи пока не решаются. Однако, как отмечает команда, никаких аномалий, указывающих на фотоны, исходящие от частиц темной материи, в фоновом гамма-излучении Вселенной в ходе этого исследования зафиксировано не было.
Работа увидела свет в журнале Physical Review D.

Эти данные стали доступны для всех желающих ими воспользоваться, благодаря ученым международного проекта Pan-STARRS, включая сотрудников Университета Квинс в Белфасте, Северная Ирландия, которые неоднократно отмечали, что эти новые данные помогут глубже понять устройство Вселенной.
Астрономы и космологи при помощи 1,8-метрового телескопа, расположенного на вершине вулкана Халеакала, остров Мауи Гавайского архипелага, в течение четырех лет непрерывно наблюдали три четверти всего наблюдаемого неба и производили его съемку.
Теперь архив этих данных занимает в единицах компьютерной памяти два петабайта – что эквивалентно одному миллиарду селфи фото или одной сотне объемов памяти, занимаемой всеми статьями Википедии.
Весь объем данных, собранных при помощи этого обзора неба, будет опубликован в два этапа. Сегодняшний релиз получил название Static Sky и содержит данные по среднему местоположению, яркости и цвету объектов, запечатленных в небе в отдельные моменты времени.
В 2017 г. будет представлен второй по счету набор данных, в который войдут каталоги и изображения, полученные при обработке снимков отдельных областей неба, сделанных при помощи инструмента Pan-STARRS.


Любителей джаза, просачивающегося в СССР с волнами «Голоса Америки», растил Уиллис Коновер. Ему нравилось распространять вирус джаза по миру – каждый будний вечер он мягко ставил в эфире лучшее из Чарли Паркера, Майлза Дэвиса, Нины Симон и Билли Холидей. Поклонники обожали его не меньше самих музыкантов – все его приезды в Союз сопровождались аншлагами.
Впервые радиоэфир узнал Уиллиса Коновера в 1939 году – ему было 18 лет. Потом, с началом Второй мировой, он ушел в армию, но специально брал увольнительные, чтобы время от времени появляться у микрофона радиостанции Вашингтона. На этой же радиостанции он впервые попробовал себя в роли составителя джазовых программ. А после войны его пригласили провести первый джазовый концерт в роли конферансье. Он мог податься в Голливуд, с его-то голосом, манерами и статью. Но джаз – не просто музыка, а заявление, граничащее с ультиматумом, музыка, которая сделала негров свободными и в которую он был влюблён без остатка. Уиллис Коновер стал её проводником из Америки во все стороны света.
После войны он устраивал концерты в джаз-клубах Вашингтона, на сцене театра «Хауард» представлял звёзд: Чарли Паркера, Майлза Дэвиса, Телониуса Монка, Бадди Ричи, Коулмена Хокинса, Роя Элдриджа и ещё несколько десятков имён, творческую мощь которых следует исчислять в тротиловом эквиваленте. Ньюпортские и новоорлеанские джазовые фестивали, заливавшие города карнавальной мистерией, концерты в престижных залах Нью-Йорка, в Кеннеди-центре в Вашингтоне. В 1969-м он вёл концерт в Белом доме, когда президент Никсон чествовал Дюка Эллингтона по случаю его 70-летия. Благодаря Коноверу Американский национальный фонд стал покровительствовать джазу и выделять стипендии молодым талантливым музыкантам.
Для американской пропаганды популяризация джаза в 50-е годы была демонстрацией демократических достижений. Меньше чем за сто лет до этого цветное население Америки обменяло 13-ю поправку Конституции, запрещающую рабство, на расовую сегрегацию. Их освободили, но указали на галёрку везде: только задние ряды в трамваях, автобусах, театрах и церквях. Отели, бары и рестораны – отдельно для чёрных, отдельно для белых. С ночными клубами оказалось сложней. Да, они были отдельными, но джаз развивался, ни у кого не спрашивая разрешения, пьянил сердца любого цвета, и с этим ничего нельзя было поделать. Оркестры бывали интернациональными, потому что джазменам не плевать было только на чувство ритма.
Талант диктует условия, и ему уступают. 12-летняя Нина Симон в конце 40-х годов отказывалась начать выступление в одной из церквей Северной Каролины до тех пор, пока её родителей не пересадят из последних рядов в первые – белым леди и джентльменам пришлось подвинуться, дарование девочки стоило их неудобств. Не важно, что там у тебя с происхождением, когда на сцене за пианино Джеймс Макшенн, а рядом с ним саксофон Чарли Паркера, говорить о цвете кожи музыкантов просто не приходит в голову, кому нужны объяснения, если приглушённый голос Билли Холидей проступает на первых оркестровых тактах Don’t Explain, а когда Мадди Уотерс перебирает на гитаре первые аккорды Mannish Boy, оказывается, что новое время уже наступило.
В конце 60-х в журнале «Америка» Коновер писал, что собирался стать диджеем с самого детства, чтобы не в одиночестве, а в компании чувственных меломанов, ньюйоркскими вечерами сидящих у своих радиоприёмников, тащиться от Чарли Барнета. Когда «Голосу Америки» понадобился ведущий джазовых программ, Уиллис предложил себя на эту роль и был принят вне конкурса. Будучи знакомым со многими джазменами, имея возможность общаться с ними на концертах и в гримёрках, он отлично владел материалом и имел превосходный вкус – его личная фонотека состояла из 60 тысяч альбомов.
С «Голосом Америки» он работал по контракту – не состоял в штате – это давало возможность игнорировать идеологический формат радиостанции, самостоятельно выбирать гостей и темы эфиров, а по поводу любой претензии напоминать руководству, что контракт можно не продлевать. Он не любил густых комментариев, всегда краткий, лаконичный, точный в них, он минимизировал своё присутствие в эфире, отдавая время музыкантам. В случавшихся обсуждениях личные пристрастия скрывать бывало тяжело, а он явно отдавал предпочтение мейнстриму. Однако если в студии или в любом другом пространстве между поклонниками традиционного джаза и адептами модерна возникало напряжение, он всегда умел его смягчить.
На его эфирах выросли многие музыканты, поклонники были и в Восточной Европе, и в Советском Союзе. Курьер джаза, он часто ездил с гастролями известных музыкантов по другую сторону «железного занавеса», подталкивая музыкантов разных стран друг к другу и к зрителю, посещал фестивали в СССР, Польше, Чехословакии. После концерта Диззи Гиллеспи в Москве в 1989-м толпа поклонников великого трубача долго не расходилась: прошёл слух, что главный советский голос Америки Уиллис Коновер сопровождает Диззи. Они ждали его, чтобы показать, что дорог он точно так же, как их щекастый идол, выдувающий медь.
Коноверу льстило, что джаз – это вирус. В его эфирах прозвучали Олег Лундстрем, Герман Лукьянов, Георгий Гаранян, Давид Голощекин, Игорь Бриль, Александр Осейчук. Алексей Козлов вспоминал, что под Рождество 1974 года в эфире «Голоса Америки» прозвучала запись неофициального концерта «Арсенала», записанного в «Спасо-Хаусе» – резиденции американского посла в Москве. Борис Фрумкин однажды услышал в эфире Уиллиса свой «Романтический вальс», «Алексей Summertime» – так назвал Коновер Алексея Кузнецова после того, как тот исполнил ему Гершвина в Варшаве. У русских джазменов этих рассказов полно.
Известна ещё одна история, хотя она больше, конечно, о Советском Союзе, чем о Коновере. Он приехал в СССР на фестиваль «Джаз 67» – после Таллина и Ленинграда была Москва. Выступление участников фестиваля проходило на сцене ДК МИИТ, а в это время по залу и за кулисой прошла информация, что после концерта Коновер приглашает на приём в американское посольство, устроенный в его честь. Планировался просмотр фильмов о джазе, разговоры, напитки, закуски. Музыканты, журналисты и остальные счастливчики задрожали от радости и предвкушения: в Америку, пусть и не покидая пределов Садового кольца – подумать только!
Узнав об анонсе американцев, комсомольские агенты в клубе засуетились. Не желая отпускать неустойчивых сограждан в лоно империалистического избытка, они живо сообразили джем-сейшн в кафе «Синяя птица», и всем, кто на него идти отказывался, напоминали об ответственности за уклонение от патриотической вечеринки, последующих проблемах с карьерой и выездами. Обнаружив сумятицу в глазах большинства приглашённых, поняв, что стал предметом сложного выбора для своих русских поклонников, Коновер выглядел расстроенным, озадаченным, и сокрушённо повторял: «I understand». На приём в посольство отправились самые отчаянные. По окончании официальной части вечера американцы предложили выбрать подарки. Перед алчущими винила советскими меломанами желанно возвышался стол, заваленный пачками пластинок разных джазовых исполнителей. Гости явили крайнюю степень последствий культурного голода, раздербанив стол с подарками подчистую, они едва не затоптали друг друга. А после приёма направились в «Синюю птицу», где допивали портвейн нерешительные конформисты. И пачки джазовых пластинок, торчащие из-под рукавов вернувшихся соотечественников, после ещё долго отнимали у них причины себя уважать.
Начав вещать на русском языке, «Голос Америки» тут же попал под советские «глушилки», но английская версия вещания не представляла никакой угрозы для большинства жителей Советского Союза, которые языка не понимали, даже если изучали его в школе. Для тех, кто хотел знать английский получше, Коновер со своими передачами был ещё и вечерним «инглиш практиш». Внятный, с идеальной артикуляцией, он неторопливо называл композиции, исполнителей, известные ему факты их биографии, если они были уместны, подробности студийных сессий и концертных выступлений.
«Человек-джаз», «Мистер голос», «Доктор джаз» – поклонники вспоминают о нём так, словно весь этот джаз он и придумал. Словно он своим проникновенным голосом нарисовал невероятный мир, в котором побеждает искусство, а не сила и страх. Среди его наград самой главной многие считают премию звукозаписывающей промышленности Америки «За использование музыки для наведения культурных мостов между народами мира». Звучит помпезно и громоздко, но правда в этом есть. Уиллис Коновер был не просто тонким знатоком и неугомонным энтузиастом – шесть вечеров в неделю, с понедельника по субботу, с 1955 по 1996 годы, вы только подумайте! Этот человек в эфире исследовал музыку, делая многообразие мира нормой даже там, где оно изначально отрицалось хотя бы как вероятность.
Алена Городецкая


