В этот день… 26 декабря
Dec. 26th, 2014 12:24 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
kamvalОригинал взят у ![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif)
otevalm в В этот день… 26 декабря
otevalm в В этот день… 26 декабря О «Восстании 14 декабря»
Мы уже упоминали о «Восстании 14 декабря 1825 года» – однако, как ни крути, по новому стилю, оно случилось 26-го – потому поговорим об этом событии сегодня.
В советской историографии декабристы, само собой, почитались героями – при этом, в ходу была цитата из Ленина: «Узок круг этих революционеров; страшно далеки они от народа…», которая, если вдуматься, звучит, как приговор. Впрочем, по порядку…
Оригинал взят уshatff
Начиная с 1814 года в русском дворянстве стали появляться различные вольнодумные организации – суть высказываемых там идей, если коротко, сводилась к двум лозунгам: «В этой стране всё плохо!» и «Хотим перемен!» (Правда, отдельные радикалы для улучшения ситуации предлагали перебить царскую семью – но большинству идея пока казалась преждевременной).
В конечном счёте, к началу 20-х образовались два тайных общества – Южное в Киеве, и Северное в Петербурге. «Тайность» их была, правда, весьма условной – потому ещё раньше Александр I, которому доносили о брожениях – причём с именами и явками – предпринял характерные для царизма свирепые меры: распорядился запретить тайные общества (начиная с масонов) – и, впридачу, потребовать у всех госслужащих подписку, что они в таковых не состоят...
Многочисленные программы будущих декабристов, весьма пространны и противоречивы, потому советские историографы упирали на «освобождение крестьян» – правда, умалчивая, что поначалу это предполагалось делать без земли, но потом лидер «Северных», Муравьёв, расщедрился на две десятины (то есть, вдвое меньше, чем требовалось среднестатистическому крестьянскому семьйству для прокорма); при этом он выступал за конституционную – но, почему-то, федеративную монархию в разделённой на четырнадцать государств (!) и ещё какие-то две области России…
…Что касается признаваемого более радикальным главы «Южных» Пестеля, то тот землю раздавать не собирался вовсе, и видел страну неделимой республикой – правда, для чего-то вёл переговоры с не менее тайными польскими обществами; причём речь, вроде бы, шла не только о независимости Польши, но и о передаче ей Малороссии, Волыни, Подолии и Литвы…
…Одним словом каша у вольнолюбивых дворян в голове была ещё та – не будем гадать, до какой консистенции она бы доварилась (или пригорела?) – но в 1825-м умер Александр I…
Тут возникла коллизия – скажем прямо, созданная самим августейшим семейством. Наследника император не оставил (а обе дочери умерли в младенчестве), так что очевидным претендентом на трон оказывался следующий по старшинству брат, Константин Павлович – однако, он давно отказался от своих прав, что и было оформлено соответствующим манифестом покойного царя. Манифест огласили в узком кругу – и сочли его выполнение невозможным! Вслед за младшим братом, Николаем, все дружно присягнули Константину; к присяге привели войска – так что, больше двух недель он, номинально, был императором; но править отнюдь не собирался и, один за другим, прислал из далёкой Варшавы два отказа. Что было делать? После долгих размышлений, Сенат провозгласил императором Николая – назначили переприсягу…
Смуту в верхах будущие декабристы справедливо сочли подходящим моментом для выступления – и утром 14 (по ст. ст.) декабря три десятка офицеров вывели на Сенатскую площадь три тысячи солдат Московского и Гренадерского полков, и матросов Гвардейского морского экипажа. (Представляется преувеличением считать, что нижние чины были настроены революционно: командиры приказали – они и пошли. Основной лозунг был: «Даёшь Константина!» – насчёт его отречения заговорщики с подчинёнными не распространялись).
Но с другими полками номер не прошёл – и вследствие этого не явился только что избранный диктатором Трубецкой; оставшись без начальника, бунтовщики застыли на месте. (План-то был – брать Зимний; арестовывать царскую семью, и так далее…)
«Стояние» продолжалось до вечера – увещевать солдат ходил герой войны генерал Милорадович (и был застрелен); митрополиты (этих просто прогнали); пару раз каре нехотя пытались атаковать конногвардейцы – их отгоняли, постреливая в воздух.
Между тем, вокруг собралась приличная толпа гражданских – зеваки даже начали чем-то кидать в сторону царской свиты… не дожидаясь темноты, Николай решился действовать, чтобы «волнение не сообщилось черни».
Холостой залп эффекта не произвёл; первый картечный выстрел смёл с окрестных крыш зевак; наконец, под огнём оказалось каре – в первую минуту солдаты пытались нестройно отстреливаться, но вскоре обратились в бегство. Убийственный огонь продолжился – а когда Бестужев попытался построить уцелевших на Невском льду, артиллеристы накрыли их ядрами – льдины трескались, люди тонули…
Всего погибших насчитали 1271 – примечательно, что среди них оказалось: «…черни – 903; женского пола – 79; малолетних – 150»...
PS: В историографии принято упирать на то, что «основу декабристов составляли участники войны 1812 года» – отчасти это так, но… прямо скажем, на Сенатскую площадь вышли не те участники… Иначе невозможно объяснить это упорное оцепенение – особенно, при виде разворачивающихся против тебя пушек. Остаётся только гадать, как развернулись бы события, окажись во главе этих, по большому счёту обманутых, трёх тысяч солдат мало-мальски годный командир, знающий слово «Вперёд!»...
PPS: В числе пяти впоследствии казнённых будут два настоящих декабриста – Рылеев и Каховский; вместе с ними повесят руководителя «Южного общества» Пестеля; а также Муравьёва-Апостола и Бестужева-Рюмина, организаторов ещё более провального восстания Черниговского полка, которое произойдет двумя неделями позже… Впрочем, это – совсем другая история.
Мы уже упоминали о «Восстании 14 декабря 1825 года» – однако, как ни крути, по новому стилю, оно случилось 26-го – потому поговорим об этом событии сегодня.
В советской историографии декабристы, само собой, почитались героями – при этом, в ходу была цитата из Ленина: «Узок круг этих революционеров; страшно далеки они от народа…», которая, если вдуматься, звучит, как приговор. Впрочем, по порядку…
Оригинал взят у
shatff Начиная с 1814 года в русском дворянстве стали появляться различные вольнодумные организации – суть высказываемых там идей, если коротко, сводилась к двум лозунгам: «В этой стране всё плохо!» и «Хотим перемен!» (Правда, отдельные радикалы для улучшения ситуации предлагали перебить царскую семью – но большинству идея пока казалась преждевременной).
В конечном счёте, к началу 20-х образовались два тайных общества – Южное в Киеве, и Северное в Петербурге. «Тайность» их была, правда, весьма условной – потому ещё раньше Александр I, которому доносили о брожениях – причём с именами и явками – предпринял характерные для царизма свирепые меры: распорядился запретить тайные общества (начиная с масонов) – и, впридачу, потребовать у всех госслужащих подписку, что они в таковых не состоят...
Многочисленные программы будущих декабристов, весьма пространны и противоречивы, потому советские историографы упирали на «освобождение крестьян» – правда, умалчивая, что поначалу это предполагалось делать без земли, но потом лидер «Северных», Муравьёв, расщедрился на две десятины (то есть, вдвое меньше, чем требовалось среднестатистическому крестьянскому семьйству для прокорма); при этом он выступал за конституционную – но, почему-то, федеративную монархию в разделённой на четырнадцать государств (!) и ещё какие-то две области России…
…Что касается признаваемого более радикальным главы «Южных» Пестеля, то тот землю раздавать не собирался вовсе, и видел страну неделимой республикой – правда, для чего-то вёл переговоры с не менее тайными польскими обществами; причём речь, вроде бы, шла не только о независимости Польши, но и о передаче ей Малороссии, Волыни, Подолии и Литвы…
…Одним словом каша у вольнолюбивых дворян в голове была ещё та – не будем гадать, до какой консистенции она бы доварилась (или пригорела?) – но в 1825-м умер Александр I…
Тут возникла коллизия – скажем прямо, созданная самим августейшим семейством. Наследника император не оставил (а обе дочери умерли в младенчестве), так что очевидным претендентом на трон оказывался следующий по старшинству брат, Константин Павлович – однако, он давно отказался от своих прав, что и было оформлено соответствующим манифестом покойного царя. Манифест огласили в узком кругу – и сочли его выполнение невозможным! Вслед за младшим братом, Николаем, все дружно присягнули Константину; к присяге привели войска – так что, больше двух недель он, номинально, был императором; но править отнюдь не собирался и, один за другим, прислал из далёкой Варшавы два отказа. Что было делать? После долгих размышлений, Сенат провозгласил императором Николая – назначили переприсягу…
Смуту в верхах будущие декабристы справедливо сочли подходящим моментом для выступления – и утром 14 (по ст. ст.) декабря три десятка офицеров вывели на Сенатскую площадь три тысячи солдат Московского и Гренадерского полков, и матросов Гвардейского морского экипажа. (Представляется преувеличением считать, что нижние чины были настроены революционно: командиры приказали – они и пошли. Основной лозунг был: «Даёшь Константина!» – насчёт его отречения заговорщики с подчинёнными не распространялись).
Но с другими полками номер не прошёл – и вследствие этого не явился только что избранный диктатором Трубецкой; оставшись без начальника, бунтовщики застыли на месте. (План-то был – брать Зимний; арестовывать царскую семью, и так далее…)
«Стояние» продолжалось до вечера – увещевать солдат ходил герой войны генерал Милорадович (и был застрелен); митрополиты (этих просто прогнали); пару раз каре нехотя пытались атаковать конногвардейцы – их отгоняли, постреливая в воздух.
Между тем, вокруг собралась приличная толпа гражданских – зеваки даже начали чем-то кидать в сторону царской свиты… не дожидаясь темноты, Николай решился действовать, чтобы «волнение не сообщилось черни».
Холостой залп эффекта не произвёл; первый картечный выстрел смёл с окрестных крыш зевак; наконец, под огнём оказалось каре – в первую минуту солдаты пытались нестройно отстреливаться, но вскоре обратились в бегство. Убийственный огонь продолжился – а когда Бестужев попытался построить уцелевших на Невском льду, артиллеристы накрыли их ядрами – льдины трескались, люди тонули…
Всего погибших насчитали 1271 – примечательно, что среди них оказалось: «…черни – 903; женского пола – 79; малолетних – 150»...
PS: В историографии принято упирать на то, что «основу декабристов составляли участники войны 1812 года» – отчасти это так, но… прямо скажем, на Сенатскую площадь вышли не те участники… Иначе невозможно объяснить это упорное оцепенение – особенно, при виде разворачивающихся против тебя пушек. Остаётся только гадать, как развернулись бы события, окажись во главе этих, по большому счёту обманутых, трёх тысяч солдат мало-мальски годный командир, знающий слово «Вперёд!»...
PPS: В числе пяти впоследствии казнённых будут два настоящих декабриста – Рылеев и Каховский; вместе с ними повесят руководителя «Южного общества» Пестеля; а также Муравьёва-Апостола и Бестужева-Рюмина, организаторов ещё более провального восстания Черниговского полка, которое произойдет двумя неделями позже… Впрочем, это – совсем другая история.
