kamval | Филиппины: Манила (Интрамурос - Форт Сантьяго, музей Хосе Рисаля)

С северной стороны Интрамурос находится парк, вход в который платный (впрочем, разумных денег, музеи и парки на Филиппинах недорогие), разбитый посреди восстановленных испанских бастионов - Форта Сантьяго. Дорога проходит дальше, через цветочные клумбы к входу в сам форт, над которым красуется герб испанских времен. За воротами - еще один небольшой сквер и музей Хосе Рисаля, национального героя Филиппин.

В форте Сантьяго

Рисаль сыграл в истории Филиппин роль невольного мученика. Вундеркинд Рисаль увлекался всем подряд - от литературы до фехтования, и в своих романах воспел филиппинский народ (романы были написаны на испанском, если что), но от призывов к насилию всячески революционеров конца XIX века отговаривал. Впрочем, тем было пофиг на Рисаля, им был нужен герой-интеллигент, и они убивали под его именем. Испанцы в итоге Рисаля арестовали (надо сказать, что Рисаль большую часть творческой жизни провел в Европе), после чего отвезли обратно на Филиппины и расстреляли прямо рядом с Интрамуросом, и он окончательно превратился в святого для всех филиппинцев. В-общем, испанцы по классике сделали все то, чего делать было нельзя, если они хотели сохранить контроль на территорией.

А так восстание подавить не удалось, пришли американцы и превратили страну на несколько десятилетий в свою колонию. Впрочем, в те времена Испания была уже слаба и независимость Филиппин была лишь делом времени, а американское присутствие отложило ее лет на тридцать.

Напрашиваются параллели со странами Латинской Америки. В Латине большинство стран получили независимость с первым ослаблением Испании во времена наполеоновских войн в начале XIX века. Двигателем борьбы за независимость были экономические мотивы (куда платить налоги и кто будет деньгами распоряжаться), во главе движения за независимость стояли креолы, потомки тех же испанцев, местной аристократии. В итоге мы получили набор государств Латинской Америки, где нации имеют смешанный характер - креольский с большим индейским влиянием. Государства Латинской Америки в большинстве своем не являлись тогда и не являются сегодня “национальными государствами”.

На Филиппинах все было по-другому. К моменту обретения страной независимости в мире были в моде “национальные государства”, построенные на основе того или иного народа. И на протяжении веков испанцы оставались испанцами, а филиппинцы - филиппинцами. Даже то, как филиппинцы легко расстались с испанским языком (впрочем, не с католичеством), который был для них “ленгва франка”, языком межплеменного общения, показывает, что испанцам так и не удалось создать новую, смешанную нацию (в отличие от той же Мексики или Колумбии).

Вот какие-то такие мысли меня посетили, пока мы наслаждались прохладой под кондиционером музея Рисаля.