kamval | Первое взыскание в моей учетной карточке

Я служил в армии уже третий год, а в моей учетной карточке не было записано ни одного взыскания. На той стороне ее, где поощрения, не хватило места, их записывали на обратной с зачеркнутым "~~Взыскания~~". А потом скрепкой прикрепили продолжение со взысканием. Причина в фуражке капитана Кушниренко.

Капитан Кушниренко, командир тех-команды склада 24-й воздушной армии, в которую меня перевели дослуживать после вывода нашего полка из Венгрии. Шло сокращение вооруженных сил. Полк доукомплектовали старослужащими, а меня, служившего еще второй год, перевели на этот склад, располагавшийся в том же городе Сольнок.

А капитану Кушниренко оставалось несколько месяцев до срока, позволявшего выйти на достойную пенсию. Боясь попасть под сокращение раньше этого срока, он очень усердствовал, подстраховывался от нареканий в свой адрес. Для еще большей подстраховки он записывал замеченные нарушения подчиненных на бумагу, вставленную в фуражку. Кроме этой бумаги, фуражка имела особенность: большой размер. То ли голова капитана пухла от переживаний, то ли у него и раньше голова так выросла, не знаю. Ради забавы нам хотелось почитать записи в фуражке, но она бдительно охранялась. Во время одного из полит-занятий, когда капитан отвернулся к наглядным пособиям, я потянулся к столу, где она лежала. Боковое зрение капитана было начеку — я услыхал:

— Таищ Каменецкий! Зачем Вам моя фуражка?

Когда наш капитан дежурил по части, он опасаясь, что может ночью подняться ветер, ходил по казарме, плотно закрывая окна. В комнате, где мы спали, было больше десятка кроватей. В результате после подъема мы мучились головной болью из-за "спернутого" воздуха. Собрали тайное совещание после отбоя, чтобы решить: как отучить капитана от этого. Один молодой солдатик предлагает:
— А давайте натянем между койками проволоку, чтобы он споткнулся и ушибся, не доходя до окон.
Я ему возразил, что вероятней всего он сам и пострадает, когда ночью пойдет по малой нужде. И тут мой приятель Митька говорит:
— Придумал!
Бежит в умывальник и возвращается с кружкой воды. К ручке кружки он привязал нитку, поставил кружку на плафон над дверью, закрепив другой конец нитки к дверной ручке. Через пару минут входит отсутствовавший солдатик, но кружка осталась на плафоне из-за того, что нитка длиннее чем надо. Я подбежал и намотал пару витков на ручку двери. Решив проверить, стали звать дневального. Кричим, кричим, а не идет. Очевидно не слышит, возможно ушел в умывальник полоскать половую тряпку на швабре. Продолжаем кричать...

Вдруг!... В открывшейся двери появляется не дневальный, а капитан Кушниренко. Кружка падает ему прямо на фуражку — с нее льются потоки воды. Капитан произносит:
— Что вы еще придумаете, таищи?
И удаляется.

На следующий день нас по одному вызывали на ковер к командиру части. Все говорили:
— Я спал, ничего не видел.
Когда меня вызвали на ковер повторно, на вопрос: зачем такое подстроили капитану Кушниренко, я, сделав удивленное лицо, сказал, что капитан тут не причем. Ведь он слышал, что звали дневального...

Но, думаю, что и через низвергавшийся с фуражки водопад, капитан не мог не видеть, как я ржал на койке, дрыгая ногами. Койка-то прямо против двери. Капитан начал провоцировать меня на нарушения дисциплины. В мастерской на ящик верстака, где лежали инструменты, он повесил замок, аргументируя заботой о их сохранности. На мой вопрос: как же я смогу работать, ответил, что нужно заранее брать необходимое, а в экстренных случаях просить у него ключ. После этого он ушел участвовать в комиссии по инвентаризации.
Как назло, мне пришлось сваривать оцинкованные детали. При газосварке, в таком случае, нередки обратные удары. То есть: слышен хлопок и пламя идет внутрь горелки, шлангов и, еще хуже — к баллонам. Потребовалось разобрать и почистить горелку, а ключи под замком, ключ от замка у капитна, который где-то на территории склада. Стоявший рядом со мной сверхсрочник сказал:
— Валера! Ты что, не можешь срезать замок горелкой?
Я тут же продемонстрировал решение по-проще. Приставил к нему зубило и одним ударом ковалдочки проблему устранил.

На следующее утро, во время утреннего осмотра, капитан командует:
— Ефрейтор Каменецкий! Два шага вперед! Кругом!
Выходя из строя, я вспоминал: а может у меня сегодня день рождения? Поздравлять будут. Но услыхал:
— За своевольную порчу имущества (верстака) — 2 наряда вне очереди!
Я на автомате: — Есть, 2 наряда вне очереди!

Вот так и появилась в моем деле первая запись о взыскании.

Послесловие.
Читатель мой! Я не хотел этого послесловия, надеясь ответить на твои вопросы в комментариях. Но, не будучи уверенным, что модераторы не отклонят этот пост ( второй за эту неделю об армейском разгильдяйстве), решил добавить. После были еще взыскания, пока не вызвал меня командир части.
— При гарнизонной школе создаются подготовительные курсы для подготовки поступающих в ВУЗы. Мы направим тебя на них, если будешь вести себя так, чтобы с тебя сняли взыскания.
Я ответил, что это не от меня зависит, а от капитана Кушниренко: как дал, так и снимет.
Колесо завертелось в обратную. Взыскания были сняты, конфликты с капитаном прекратились. Он даже спрашивал меня, куда ему лучше ехать после выхода на пенсию.